מִזְמוֹר לְאָסָף אַךְ טוֹב לְיִשְׂרָאֵל אֱלֹהִים לְבָרֵי לֵבָב:
Песнь Асафа. Воистину благ Бог к Исраэлю, к чистым сердцем.
וַאֲנִי כִּמְעַט (נטוי) נָטָיוּ רַגְלָי כְּאַיִן (שפכה) שֻׁפְּכוּ אֲשֻׁרָי:
А у меня едва не отступили ноги мои, едва не поскользнулись стопы мои.
כִּי קִנֵּאתִי בַּהוֹלְלִים שְׁלוֹם רְשָׁעִים אֶרְאֶה:
Ибо позавидовал я надменным, видя благоденствие нечестивых.
כִּי אֵין חַרְצֻבּוֹת לְמוֹתָם וּבָרִיא אוּלָם:
Ибо нет им мук до самой смерти, и крепко тело их.
בַּעֲמַל אֱנוֹשׁ אֵינֵמוֹ וְעִם אָדָם לֹא יְנֻגָּעוּ:
В тяготах смертного они не пребывают и не поражаются, как прочие люди.
לָכֵן עֲנָקַתְמוֹ גַאֲוָה יַעֲטָף שִׁית חָמָס לָמוֹ:
Потому надменность, как ожерелье, на них; насилие, что творят они, облекает их, как одежда.
יָצָא מֵחֵלֶב עֵינֵמוֹ עָבְרוּ מַשְׂכִּיּוֹת לֵבָב:
От тука выпучились глаза их; превзошли они помыслы сердца своего.
יָמִיקוּ וִידַבְּרוּ בְרָע עֹשֶׁק מִמָּרוֹם יְדַבֵּרוּ:
Глумятся и злобно говорят о притеснении; свысока говорят они.
שַׁתּוּ בַשָּׁמַיִם פִּיהֶם וּלְשׁוֹנָם תִּהֲלַךְ בָּאָרֶץ:
Уста свои обратили против неба, и язык их расхаживает по земле.
לָכֵן (ישיב) יָשׁוּב עַמּוֹ הֲלֹם וּמֵי מָלֵא יִמָּצוּ לָמוֹ:
Потому народ Его обращается сюда, и воды полного потока выпиваются ими.
וְאָמְרוּ אֵיכָה יָדַע אֵל וְיֵשׁ דֵּעָה בְעֶלְיוֹן:
И говорят они: «Как узнает Бог, и есть ли ведение у Всевышнего?»
הִנֵּה אֵלֶּה רְשָׁעִים וְשַׁלְוֵי עוֹלָם הִשְׂגּוּ חָיִל:
Вот, таковы нечестивые, и однако они благоденствуют в мире и умножают богатство.
אַךְ רִיק זִכִּיתִי לְבָבִי וָאֶרְחַץ בְּנִקָּיוֹן כַּפָּי:
Так напрасно очищал я сердце моё и омывал в чистоте руки мои.
וָאֱהִי נָגוּעַ כָּל הַיּוֹם וְתוֹכַחְתִּי לַבְּקָרִים:
И поражаем был я всякий день, и наказание моё было каждое утро.
אִם אָמַרְתִּי אֲסַפְּרָה כְמוֹ הִנֵּה דוֹר בָּנֶיךָ בָגָדְתִּי:
Если бы сказал я: «Расскажу так, как есть», то предал бы я род сынов Твоих.
וָאֲחַשְּׁבָה לָדַעַת זֹאת עָמָל (היא) הוּא בְעֵינָי:
И когда размышлял я, чтобы постичь это, было это тягостно в очах моих.
עַד אָבוֹא אֶל מִקְדְּשֵׁי אֵל אָבִינָה לְאַחֲרִיתָם:
Доколе не вошёл я во святилища Божии и не уразумел конца их.
אַךְ בַּחֲלָקוֹת תָּשִׁית לָמוֹ הִפַּלְתָּם לְמַשּׁוּאוֹת:
Воистину на скользких местах Ты поставил их; Ты низвергаешь их в погибель.
אֵיךְ הָיוּ לְשַׁמָּה כְרָגַע סָפוּ תַמּוּ מִן בַּלָּהוֹת:
Как опустели они в мгновение! Совсем погибли они от ужасов.
כַּחֲלוֹם מֵהָקִיץ אֲדֹנָי בָּעִיר צַלְמָם תִּבְזֶה:
Как сон по пробуждении; о Господь, восстав, Ты презришь образ их.
כִּי יִתְחַמֵּץ לְבָבִי וְכִלְיוֹתַי אֶשְׁתּוֹנָן:
Ибо кипело сердце моё, и терзались внутренности мои.
וַאֲנִי בַעַר וְלֹא אֵדָע בְּהֵמוֹת הָיִיתִי עִמָּךְ:
Был я невежда и не разумел; как скот был я пред Тобою.
וַאֲנִי תָמִיד עִמָּךְ אָחַזְתָּ בְּיַד יְמִינִי:
Но я всегда с Тобою; Ты держал меня за десницу мою.
בַּעֲצָתְךָ תַנְחֵנִי וְאַחַר כָּבוֹד תִּקָּחֵנִי:
Советом Твоим Ты вёл меня, а потом во славу принял меня.
מִי לִי בַשָּׁמָיִם וְעִמְּךָ לֹא חָפַצְתִּי בָאָרֶץ:
Кто есть у меня на небе? И с Тобою ничего не желаю на земле.
כָּלָה שְׁאֵרִי וּלְבָבִי צוּר לְבָבִי וְחֶלְקִי אֱלֹהִים לְעוֹלָם:
Изнемогает плоть моя и сердце моё; Бог твердыня сердца моего и удел мой вовек.
כִּי הִנֵּה רְחֵקֶיךָ יֹאבֵדוּ הִצְמַתָּה כָּל זוֹנֶה מִמֶּךָּ:
Ибо вот, удалившиеся от Тебя погибнут; Ты истребляешь всякого, отступающего от Тебя.
וַאֲנִי קִרֲבַת אֱלֹהִים לִי טוֹב שַׁתִּי בַּאדֹנָי יְהוִֹה מַחְסִי לְסַפֵּר כָּל מַלְאֲכוֹתֶיךָ:
А мне благо приближаться к Богу; на Владыку Господа я возложил упование моё, чтобы возвещать все дела Твои.